Как я переболела COVID и как статистика этого не заметила.

Будет долго и с медицинскими подробностями о моем теле и состоянии умов наших «правителей».

По просьбам трудящихся (зачеркнуто), вернее, самоизолированных, расскажу о своем опыте: как я переболела COVID и как статистика этого не заметила.

Я заболела в 20-х числах марта. Поднялась не очень высокая, но температура, появилась страшная слабость, заболело горло, насморк небольшой. В общем, ничего особенного. Я вызвала врача. Тот пришел без маски, но выдал маску мне. Посмотрел горло, послушал легкие, сказал, что орви, начинается бронхит, и вот вам антибиотик. Весьма сильный. Бронхит после орви с моей астмой дело для меня привычное. Но все же хотелось провериться на вирус. Врач сказал, что по протоколу проверяют только тех, кто приехал из-за границы или контактировал с заболевшими. У меня сын контактировал с заболевшим однокурсником (тогда это еще было не так часто), но сын это не я , а у сына никаких симптомов не было.

Убедиться, что это все же коронавирус меня заставили непривычные симптомы: 1) мне не становилось лучше, несмотря на антибиотик 2) у меня скакала температура как-то очень странно: то вверх, то вниз в течение часа 3) у меня на один день напрочь отшибло обоняние 4) все время появлялись и исчезали новые симптомы: то чихание, то страшная головная боль, то в груди что-то сожмет.

ЧТобы понять, что у меня нет сильно бактериального воспаления, я вызвала на дом платный анализ. Но не на коронавирус — платно делали (по крайней мере тогда) только тем, у кого нет симптомов (Л — логика). Общий анализ крови не дал ничего выдающегося. Но было видно, что есть какое-то воспаление, и скорее, вирусное, чем бактериальное.

В общем, в начале апреля я вызвала врача еще раз. Мне стало казаться неправильным, что я болею уже 2 недели, а улучшения не наступает. Врач сказал, что сделать со всем этим моим состояние ничего нельзя, но зато можно уже сдать тест на вирус. И спросил, точно ли я этого хочу, ведь если подтвердят, то всю семьи отправят на строгий карантин. Я, конечно, не очень этого хотела, но узнать правду о своей болезни хотелось больше.

Однако это было очень наивно надеяться, что тест мне откроет хоть какую-то правду. У меня его взяли на следующий день и сказали, что позвонят, если будет положительный результат. Не позвонили. Из чего я сделала вывод, что результат отрицательный.

Еще через пару дней мне стало лучше, а потом я совсем восстановилась. И тут появилось предложение сдать плазму для больных. Я описала по телефону симптомы моей болезни, и мне сказали, что я могу приехать и сдать анализы, потому что, скорее всего, моя кровь подходит. В итоге антиатела в крови обнаружили. Но мало для донорства. Но при этом анализ подтверждает, что я болела именно COVID.

И если бы я не пошла сдавать плазму, никакая статистика об этом не узнала бы. Могу предположить, что не узнала она еще о многих и многих случаях.

Мне очевидно, что уже в феврале наши эпидемиологические службы должны были забить тревогу. Очевидно, что уже тогда мы могли бы принять эффективные меры по тестированию и изолированию очагов распространения вируса. Но еще в конце марта у нас не тестировали людей с орви! Хотя даже мне, не специалисту, было очевидно, что это необходимо делать.

Когда вопросами эпидемиологии занимаются не медики, а чиновники, руководствующиеся логикой: ждем до последнего, вдруг пронесет или можно будет сделать вид, что ничего нет — эффективных и своевременных решений не жди. А так — даже по официальной статистике, которой, как вы видите, верить нельзя, — Россия на втором месте в мире по количеству зараженных.

И теперь, опять, руководствуясь чиновничьей, а не врачебной логикой, мы стали из карантина выходить. Надо было или сразу решать, как решила Швеция, или же, если уж ушли на изоляцию людей — не прекращать ее на пике. Шарахаться из стороны в сторону — самая неэффективная стратегия. Если, конечно, цель — здоровье нации. Но цели у нашей верхушки, похоже — совсем другие. И эпидемия только ярко это продемонстрировала.

Источник:

Метки: